назад

Митин: «Для людей я абсолютно доступен»

«Прямая речь»
«Прямая речь»

Губернатор Новгородской области Сергей Митин рассказал «Общей газете» о том, близок ли он к народу, почему глава региона искренне радуется за других людей, что зародило в нем любовь к истории и зачем он проводит выставку книг из своей библиотеки. И еще — почему не собирается менять Великий Новгород на Москву.

— Сергей Герасимович, Вы всю жизнь на руководящих постах. Но губернатором стали только в 2007-м. Почему этого не произошло раньше — в 2005-м вас прочили на пост главы родной Нижегородской области? Не хотели? Не чувствовали готовности? Не предлагали?

— В то время было несколько другое законодательство: кандидатуру губернатора на рассмотрение законодательного собрания вносил Президент. Не скрою, со мной велись определенные разговоры в отношении Нижегородской области. Более того, я даже знаю, что были подготовлены документы. Но в конечном итоге было принято другое решение, и губернатором стал Валерий Павлинович Шанцев. Кто и по каким причинам его принял — сказать не могу. Просто не знаю.

— Есть такое расхожее мнение, что глава региона — это «страшно далекий» от народа человек. Этакий полуолигарх или гоголевский персонаж из «Ревизора». Особенно в свете недавних скандалов на Сахалине и в Коми. Каким, по-вашему, должен быть «губернатор для людей»? И вообще, что, на ваш взгляд, нужно, чтобы между губернатором «со стороны» и местным населением установился контакт?

— Вы знаете, те, кто думают подобным образом, просто плохо представляют себе работу губернатора. И еще мне кажется, что порой кто-то сознательно пытается вбить между главой региона и населением такой клин.

Наверное, не ошибусь, если скажу, что у каждого из моих коллег, как и у меня, рабочий день длится в среднем 12-14 часов. Суббота и воскресенье не исключение. Причем надо понимать, что в этих 12-14 часах есть время, когда мы подписываем различные документы — потому что у нас огромная переписка, огромное количество законов, постановлений, распоряжений, назначений...

Значительное время уходит на командировки и поездки — один день в неделю мы бываем в Москве. Не ездить в Москву нельзя, потому что значительные суммы, до 30 процентов бюджета, мы получаем на различные программы из федерального центра. Но чтобы их получить, нужно обязательно доказать их необходимость.

И конечно, в моем расписании огромное количество встреч с людьми. Много ездим по области, встречаемся с жителями, с трудовыми коллективами. Персональные вопросы со мной можно обсудить и в Приемной Президента РФ, там я регулярно провожу прием. В одну из суббот, например, у меня была встреча с коллективом компании «Бристоль», а это 70 человек. А до этого встречался с коллективом «Мостостроя № 6» по вопросу технической оценки строительства третьего моста. Для людей я абсолютно доступен. Единственная проблема — это 24 часа в сутках. Вот их точно на все не хватает.

— Значит, к небожителям Вы себя не относите....?

— Простой пример. Несколько дней назад мы ехали из Москвы в одном вагоне с известным актером Михаилом Задорновым. Я пригласил его и еще ряд людей в купе, где в качестве угощения выставил бутылки простокваши — жена в дорогу дала. И мы вместе выпили простокваши с сухариками. И Задорнов по этому поводу улыбался. Наверное, думал, что раз губернатор, то будут бутерброды с икрой и коньяк стаканами, а тут сухарики с простоквашей.

Кто-то, может, полагает, что быть губернатором — это разрезать ленточки и ездить на черных лимузинах. Но лимузины нужны для ускорения процесса, да и ленточки тоже надо разрезать — ведь за этими событиями стоит работа сотен, а иногда и тысяч людей. И, поверьте, им тоже приятно, что глава региона воздает должное их труду, произносит слова благодарности. Понимаю, что скептики скажут: не губернаторское это дело. Но, вот, мы сейчас готовимся открыть садик в Малой Вишере. Да там никогда не было такого детского садика на 220 мест! И конечно, это событие и для тех, кто строил, и для тех, кто поведет туда детей, и для тех, кто будет там работать. А это уже несколько сот человек! И это — событие.

Да, можно не ехать, не резать ленточку. А можно приехать и сказать всем «спасибо». И никакого пиара здесь нет. Он не нужен, когда есть дела.

— Ваше увлечение — книги. Библиотека, которую собирали родители. Ваша персональная, «митинская», которую вы начали собирать, приехав в Новгород. Это дань традициям семьи или понимание того, что в Новгороде, с его древнейшими берестяными грамотами, иначе просто нельзя?

— За это я хочу сказать «спасибо» родителям. Мама, простая русская женщина, работала сначала в школе, потом — продавцом в книжном магазине. Это было в начале 60-х годов, когда книги были нарасхват. Нашу небольшую библиотеку я ее сберег как семейную реликвию. И в Москве у меня очень неплохая библиотека.

Но приехав сюда, я посчитал, что нет смысла перевозить книги. Лучше создать здесь свою новую, новгородскую библиотеку. Она тоже получилась очень неплохой: я увлекаюсь историей, оружием, историей армии, охотой и очень люблю книги об этом. По этим направлениям у меня здесь и собрана библиотека. Очень горжусь, что есть красивые экземпляры — в 60-х годах мы даже представить не могли, что будут такие книги!

— Вы — технарь до мозга костей, и вдруг — история. Не странное ли сочетание?

— Это книги навеяли... И потом, когда я еще жил в Горьком и учился в политехническом институте на электротехническом факультете, то многие мои друзья учились в Горьковском университете на историко-филологическом факультете. Это были очень интересные ребята, которые уже тогда писали научные работы по трудам Булгакова, Мандельштама. Так что моя любовь к книгам во многом — результат их влияния.

— А зачем вы выставляете книги из своей библиотеки на всеобщее обозрение? Проводите выставки... И как это воспринимают в регионе? Какую дальнейшую судьбу вы для нее запланировали?

— Конечно, книги я выставляю не для себя, а чтобы люди увидели, какие книги есть. Ведь когда книга стоит на полке в моей библиотеке, то лично мне очень хочется, чтобы кто-то порадовался им, посмотрел их. Книга должна работать, а не скрываться в библиотечной тиши. И было очень приятно, как на таких выставках люди благоговейно брали такие книги в руки и бережно, с удовольствием листали их. Поэтому мы и делали несколько таких выставок.

Что касается дальнейшей судьбы библиотеки..... Хорошо, если дети и внуки так же бережно отнесутся к ней, и будет такая семейная библиотека. Но пока об этом говорить рано.

— В 1999-м году вы защитили диссертацию по теме госрегулирования экономики в переходный период. Зачем вы ее писали? Внутренняя потребность, осмысление недавнего опыта, поиск ответов для будущего?

— В то время я работал в Министерстве экономики и мне очень часто приходилось сталкиваться с непонятными вопросами. Как человек, встроенный в систему государственной власти, я должен был выполнять какие-то поручения министра, хотя они мне и не нравились. Я всегда хотел иметь свое мнение по вопросу, и уж если его не реализовывать в силу каких-то причин, то хотя бы иметь возможность говорить публично. Звание ученого позволяет это делать более независимо, чем звание чиновника.

В то время основную нишу государственной политики занимала идея либеральной экономики. Я даже боялся, что министр будет ругать меня за такое название, а потому не особо популяризовал свои занятия. У меня было много наработок по этой теме и я хотел очень многое сказать. А основные моменты, которые я включил в свою книгу — рыночные методы регулирования, создание свободных экономических зон. Специально ездил в такие места как Находка, остров Киш в Персидском заливе. Соглашение о разделе продукции — в общем, много новых на тот момент тем.

Диссертация писалась непросто, но работу удалось завершить и защитить в университете Санкт-Петербурга. Зная, что сегодня идет тенденция проверять все на плагиат, уверен, что «доброжелатели» скоро доберутся и до моей диссертации. Я этого не боюсь — работу писал как практик, имеющий определенную информацию. И с большим удовольствием вспоминаю, что после окончания выступления научный совет аплодировал, а мне поставили все плюсы.

— Знающие люди говорят, что у вас две страсти в жизни: работа и охота. Не считая внуков, конечно. Почему охота? Азарт? Чувство поединка? Или это «тихая охота» — причем не только с фотокамерой, а просто — желание, пусть и с ружьем в руках, побыть наедине с природой?

— Я думаю, что ружье сегодня — скорее, дань уважения, традиция. Ведь задачи добыть пищу или просто убить зверя нет. У меня есть небольшая коллекция ружей, в том числе и ружья XIX века. Просто для меня как человека, проработавшего в «оборонке» 25 лет, все это интересно — одежда, оружие, собаки, средства наблюдения, обнаружения. Ведь у всего этого есть история возникновения, изготовления, пользования. И, как ни странно, зная это, лучше, глубже понимаешь и наблюдаешь природу. Хотя, конечно, охота — это и выброс энергии.

— Что вы планируете делать после того, как ваш «контракт» с Новгородской областью завершится? Останетесь здесь или вернетесь в Москву?

— Мне очень нравится жить в Новгородской области. Я не собираюсь уезжать отсюда.

Поделиться